«Гран-при России» — последний вздох для «Маруси»?

 

12 ноября 2010 года. Шеффилд. Николай ФОМЕНКО (справа) с пилотами команды «Верджин» Лукасом ДИ ГРАССИ и Тимо ГЛОКОМ.

Команда «Формулы-1» в ближайшее время может прекратить свое существование, сменить владельца, название и отказаться от российской лицензии

Российский пилот, российская команда, российский этап «Формулы-1″… В следующем сезоне в этой мантре отечественных болельщиков «королевских гонок», вероятнее всего, появится пробел. Команда «Маруся», выступавшая в «Формуле-1» в течение четырех сезонов под российской лицензией (в 2011-м как «Маруся Верджин»), близка к тому, чтобы никогда больше не вернуться на старт. Из-за финансовых трудностей команда не поедет на заокеанские этапы в США и Бразилии, и не факт, что появится на заключительной гонке в Абу-Даби. Команда передана под внешнее управление, и по слухам, ее выражали желание купить британско-индийские бизнесмены.

Проблемы «Маруси» копились на протяжении долгого времени. Проект, базирующийся в Великобритании и поначалу опекаемый шоуменом и автогонщиком Николаем Фоменко, а также российскими инвесторами Ефимом Островским и Антоном Колесниковым, которые работали в связке с британской командой «Верджин», затухал долго и мучительно. Фоменко после года активной работы перестал появляться в боксах команды, да и других русскоязычных сотрудников в «Марусе» в последнее время не наблюдалось.

После того как весной нынешнего года было объявлено о закрытии проекта дорожных спортивных машин «Маруся», единственным связующим звеном между Россией и командой помимо российской лицензии оставался совладелец конюшни Андрей Чеглаков. Этот бизнесмен пришел в проект не с момента его основания, а чуть позже. Команда сумела дотянуть до «Гран-при России», где после аварии Жюля Бьянки на «Сузуке» выступала одной машиной. Однако после этапа в Сочи деньги у «Маруси» закончились окончательно. Когда отпал последний стимул в поддержке команды, Чеглаков объявил о прекращении ее финансирования и начале процедуры банкротства.

— На мой взгляд, формулическая команда и проект по производству спорткаров сослужили друг другу дурную службу, —  считает российский гонщик Алексей Васильев. — Специалистам в автомобильном бизнесе изначально было понятно, что суперкар «Маруся» — это некая авантюра. Те громкие обещания, которые делались в прессе, автогоночным миром и миром производителей автомобилей воспринимались как профанация. Тень от всего этого спектакля падала и на команду «Формулы-1». Из-за этого, я думаю, и к гоночному проекту инвесторы, которые могли вкладывать деньги в автоспорт, относились с ухмылкой. И отказывались вкладывать деньги в команду «Маруся».

Стоит вспомнить, что «Маруся» была не первым российским проектом в «Королевской серии». В 2005 году канадский бизнесмен, уроженец Ленинграда Алекс Шнайдер купил «Джордан» и в 2006-м вывел на старт под российской лицензией команду «Мидланд». Однако надежды на приход в «Формулу-1» российских спонсоров не оправдались, и Шнайдер уже по ходу сезона конюшню перепродал. Очевидно, что не оправдались мечты о бешеных русских инвестициях и сейчас: основательной поддержки в стране, которую представляла «Маруся», команда не получила.

Возможный уход «Маруси» из «Формулы-1» станет для ее российских болельщиков неприятным сюрпризом, но говорить, что ее исчезновение окажется потерей для нашего автоспорта, неправильно. В последнее время «Марусю» мало что связывало с Россией, а кроме того, у команды по большому счету не было и серьезных успехов.

На протяжении всей своей истории «Маруся» боролась за место в конце пелотона. В нынешнем сезоне Жюль Бьянки завоевал первые (и, похоже, единственные) в истории команды очки, став 9-м на «Гран-при Монако». Но кроме морального удовлетворения, этот успех ничего не дал. К тому же в «Марусе» так и не появилось российского гонщика, что теоретически могло бы привлечь в команду отечественных спонсоров.

— Автоспорт построен вокруг пилотов, а не вокруг команд, — уверен российский гонщик Даниил Мове. — Инвесторам нужно поддерживать конкретного гонщика. Испанские компании помогают Фернандо Алонсо, бразильские — Фелипе Массе, причем даже не размещая своих логотипов на болиде, а получая какие-то бонусы от ВИП-клуба и так далее. Отсутствие российского пилота в российской команде — нонсенс. Пиар-выхлоп от одного тестового дня российского гонщика в «Мидланде» оказался куда громче, чем весь шум вокруг команды в течение года…

К несчастью, «Марусю» преследовал и злой рок. В июле 2012 года испанка Мария де Вильота во время тестов на аэродроме в Даксфорде врезалась в грузовик, из-за чего лишилась глаза. Через год и три месяца она скончалась от кровоизлияния в мозг, произошедшего вследствие полученных в той аварии травм. Ну а на «Гран-при Японии» на «Сузуке» несколько недель назад француз Жюль Бьянки получил тяжелейшую травму головы, врезавшись в трактор, который эвакуировал другой болид, и до сих пор находится в коме.

«Гран-при России», вероятно, был последней соломинкой, за которую могла ухватиться тонущая команда, но ситуация в целом не способствовала приходу спонсоров.

— «Маруся» просуществовала много лет, и можно говорить, что российская команда в «Формуле-1 состоялась, — считает Мове. — Но, к сожалению, у главного инвестора теперь, видимо, появилось новое видение ситуации. Команда не могла держаться на частных деньгах, — это очень большие суммы. Здесь должен был быть интерес крупных компаний, возможно, госкорпораций. Жалко, что так получается. Но, может быть, команда в каком-то виде еще вернется на старт. Во всяком случае, хотелось бы в это верить.